* * * О том и речь, что мгла и тишина речам не помеха. Am F E Простор открыт, и можно толковать о нём бескорыстно. Am Cm G# C7 Но паче слов, ясней, чем голоса, слышны в эту пору Fm Cm Bm C7 крыла богинь, резцы нетопырей, шаги пехотинцев... Fm Cm G# G Театры спят, молчит кинематограф, ночь беспредельна. Cm G# G Мерцает Марс, и время, замерев, стоит изваяньем. Cm D#m H D#7 Такой порой, когда малейший миг и звук дивно долги, - G#m D#m C#m D#7 о том и речь, что нету ничему конца. И не будет. G#m D#m H B7 Бродячий цирк уныло пересёк черту городскую D#m H A# и едет прочь, вполголоса сквозь сон браня бездорожье. D#m F#m D F#7 Для колеса - верста равна версте, ему всё едино: Hm F#m Em F#7 пески, селенья, горы, города, леса, водопады... Hm F#m D Db7 Ничто, ничто не сгинет без следа, никто не исчезнет. F#m D C# Спустя века всех вычислит и воссоздаст реставратор. F#m Am F A7 Всему, всему отважный архивист вернёт цвет и образ, Dm Am Gm A7 дела учтёт и лица восстановит все. Кроме наших. Dm Am F E7 И циркачей, и праздных поселян спасёт Мнемозина. Am F E Из-под земли лопата извлечёт дворцы, мавзолеи... Am Cm G# C7 Одни лишь мы сольёмся с тишиной и мглой. Мы - солдаты. Fm Cm Bm C7 Нам всё едино: горы, города, века... Мы шагаем. Fm Cm G# G 1990
* * * О том и речь, что мгла и тишина речам не помеха. Простор открыт, и можно толковать о нём бескорыстно. Но паче слов, ясней, чем голоса, слышны в эту пору крыла богинь, резцы нетопырей, шаги пехотинцев... Театры спят, молчит кинематограф, ночь беспредельна. Мерцает Марс, и время, замерев, стоит изваяньем. Такой порой, когда малейший миг и звук дивно долги, — о том и речь, что нету ничему конца. И не будет. Бродячий цирк уныло пересёк черту городскую и едет прочь, вполголоса сквозь сон браня бездорожье. Для колеса — верста равна версте, ему всё едино: пески, селенья, горы, города, леса, водопады... Ничто, ничто не сгинет без следа, никто не исчезнет. Спустя века всех вычислит и воссоздаст реставратор. Всему, всему отважный архивист вернёт цвет и образ, дела учтёт и лица восстановит все. Кроме наших. И циркачей, и праздных поселян спасёт Мнемозина. Из-под земли лопата извлечёт дворцы, мавзолеи... Одни лишь мы сольёмся с тишиной и мглой. Мы — солдаты. Нам всё едино: горы, города, века... Мы шагаем. 1990
* * *
О том и речь, что мгла и тишина речам не помеха. Am F E
Простор открыт, и можно толковать о нём бескорыстно. Am Cm G# C7
Но паче слов, ясней, чем голоса, слышны в эту пору Fm Cm Bm C7
крыла богинь, резцы нетопырей, шаги пехотинцев... Fm Cm G# G
Театры спят, молчит кинематограф, ночь беспредельна. Cm G# G
Мерцает Марс, и время, замерев, стоит изваяньем. Cm D#m H D#7
Такой порой, когда малейший миг и звук дивно долги, — G#m D#m C#m D#7
о том и речь, что нету ничему конца. И не будет. G#m D#m H B7
Бродячий цирк уныло пересёк черту городскую D#m H A#
и едет прочь, вполголоса сквозь сон браня бездорожье. D#m F#m D F#7
Для колеса — верста равна версте, ему всё едино: Hm F#m Em F#7
пески, селенья, горы, города, леса, водопады... Hm F#m D Db7
Ничто, ничто не сгинет без следа, никто не исчезнет. F#m D C#
Спустя века всех вычислит и воссоздаст реставратор. F#m Am F A7
Всему, всему отважный архивист вернёт цвет и образ, Dm Am Gm A7
дела учтёт и лица восстановит все. Кроме наших. Dm Am F E7
И циркачей, и праздных поселян спасёт Мнемозина. Am F E
Из-под земли лопата извлечёт дворцы, мавзолеи... Am Cm G# C7
Одни лишь мы сольёмся с тишиной и мглой. Мы — солдаты. Fm Cm Bm C7
Нам всё едино: горы, города, века... Мы шагаем. Fm Cm G# G
1990
О том и речь, что мгла и тишина речам не помеха. Am F E
Простор открыт, и можно толковать о нём бескорыстно. Am Cm G# C7
Но паче слов, ясней, чем голоса, слышны в эту пору Fm Cm Bm C7
крыла богинь, резцы нетопырей, шаги пехотинцев... Fm Cm G# G
Театры спят, молчит кинематограф, ночь беспредельна. Cm G# G
Мерцает Марс, и время, замерев, стоит изваяньем. Cm D#m H D#7
Такой порой, когда малейший миг и звук дивно долги, — G#m D#m C#m D#7
о том и речь, что нету ничему конца. И не будет. G#m D#m H B7
Бродячий цирк уныло пересёк черту городскую D#m H A#
и едет прочь, вполголоса сквозь сон браня бездорожье. D#m F#m D F#7
Для колеса — верста равна версте, ему всё едино: Hm F#m Em F#7
пески, селенья, горы, города, леса, водопады... Hm F#m D Db7
Ничто, ничто не сгинет без следа, никто не исчезнет. F#m D C#
Спустя века всех вычислит и воссоздаст реставратор. F#m Am F A7
Всему, всему отважный архивист вернёт цвет и образ, Dm Am Gm A7
дела учтёт и лица восстановит все. Кроме наших. Dm Am F E7
И циркачей, и праздных поселян спасёт Мнемозина. Am F E
Из-под земли лопата извлечёт дворцы, мавзолеи... Am Cm G# C7
Одни лишь мы сольёмся с тишиной и мглой. Мы — солдаты. Fm Cm Bm C7
Нам всё едино: горы, города, века... Мы шагаем. Fm Cm G# G
1990
* * *
Am F E
О том и речь, что мгла и тишина речам не помеха.
Am Cm G# C7
Простор открыт, и можно толковать о нём бескорыстно.
Fm Cm Bm C7
Но паче слов, ясней, чем голоса, слышны в эту пору
Fm Cm G# G
крыла богинь, резцы нетопырей, шаги пехотинцев...
Cm G# G
Театры спят, молчит кинематограф, ночь беспредельна.
Cm D#m H D#7
Мерцает Марс, и время, замерев, стоит изваяньем.
G#m D#m C#m D#7
Такой порой, когда малейший миг и звук дивно долги, —
G#m D#m H B7
о том и речь, что нету ничему конца. И не будет.
D#m H A#
Бродячий цирк уныло пересёк черту городскую
D#m F#m D F#7
и едет прочь, вполголоса сквозь сон браня бездорожье.
Hm F#m Em F#7
Для колеса — верста равна версте, ему всё едино:
Hm F#m D Db7
пески, селенья, горы, города, леса, водопады...
F#m D C#
Ничто, ничто не сгинет без следа, никто не исчезнет.
F#m Am F A7
Спустя века всех вычислит и воссоздаст реставратор.
Dm Am Gm A7
Всему, всему отважный архивист вернёт цвет и образ,
Dm Am F E7
дела учтёт и лица восстановит все. Кроме наших.
Am F E
И циркачей, и праздных поселян спасёт Мнемозина.
Am Cm G# C7
Из-под земли лопата извлечёт дворцы, мавзолеи...
Fm Cm Bm C7
Одни лишь мы сольёмся с тишиной и мглой. Мы — солдаты.
Fm Cm G# G
Нам всё едино: горы, города, века... Мы шагаем.
1990
Am F E
О том и речь, что мгла и тишина речам не помеха.
Am Cm G# C7
Простор открыт, и можно толковать о нём бескорыстно.
Fm Cm Bm C7
Но паче слов, ясней, чем голоса, слышны в эту пору
Fm Cm G# G
крыла богинь, резцы нетопырей, шаги пехотинцев...
Cm G# G
Театры спят, молчит кинематограф, ночь беспредельна.
Cm D#m H D#7
Мерцает Марс, и время, замерев, стоит изваяньем.
G#m D#m C#m D#7
Такой порой, когда малейший миг и звук дивно долги, —
G#m D#m H B7
о том и речь, что нету ничему конца. И не будет.
D#m H A#
Бродячий цирк уныло пересёк черту городскую
D#m F#m D F#7
и едет прочь, вполголоса сквозь сон браня бездорожье.
Hm F#m Em F#7
Для колеса — верста равна версте, ему всё едино:
Hm F#m D Db7
пески, селенья, горы, города, леса, водопады...
F#m D C#
Ничто, ничто не сгинет без следа, никто не исчезнет.
F#m Am F A7
Спустя века всех вычислит и воссоздаст реставратор.
Dm Am Gm A7
Всему, всему отважный архивист вернёт цвет и образ,
Dm Am F E7
дела учтёт и лица восстановит все. Кроме наших.
Am F E
И циркачей, и праздных поселян спасёт Мнемозина.
Am Cm G# C7
Из-под земли лопата извлечёт дворцы, мавзолеи...
Fm Cm Bm C7
Одни лишь мы сольёмся с тишиной и мглой. Мы — солдаты.
Fm Cm G# G
Нам всё едино: горы, города, века... Мы шагаем.
1990